nikonova_alina (nikonova_alina) wrote,
nikonova_alina
nikonova_alina

Categories:

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: СЮЖЕТЫ

ВАСИЛИЙ СУРИКОВ. ПОСЕЩЕНИЕ ЦАРЕВНОЙ ЖЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ

        Во времена расцвета Академии художеств, в 18-первой половине 19 веков, самым важным жанром изобразительного искусства считался жанр исторический. Работая над полотном на абстрактный исторический сюжет, выпускник Академии должен был показать все свои навыки и в построении многофигурной композиции, и в изображении  обнаженного человеческого тела, и в создании пейзажа в качестве фона. Сам сюжет, в принципе, особого значения не имел.
        Участники «Бунта 14-ти» отказались в 1863 году писать «Пир в Вальгалле», и заложили тем самым основы для создания движения передвижников и для развития критического реализма в русском искусстве. Это была своего рода революция, но от исторического жанра вообще, ни кто отказываться и не думал. Просто развивать его стали  совершенно в другом направлении. Картины на исторические сюжеты во второй половине 19 века перестали быть абстрактными иллюстрациями к историческим сюжетам, они несли в себе проблему и очень часто имели какие-то аллюзии на современные события.
       Василий Суриков большую часть своего творчества посвятил именно историческим полотнам. Одна из последних значительных его работ подобной тематики – картина  «Посещение царевной женского монастыря», была написана в 1912 году.
        Полотно производит довольно мрачное впечатление: в центре композиции – молодая девушка, нарядно одетая, в богато расшитом золотом и драгоценными камнями наряде, в золотом венце, но при этом с каким-то испуганным выражением еще совершенно детского лица, что никак не соответствует ее высокому статусу. Рядом с ней стоят монахини, за ее спиной – свита из нескольких женщин разного возраста. По контрасту с царевной, все, кто ее окружают, одеты в черное. Такими же темными кажутся и стены храма, несмотря на то, что художник тщательно выписывает золотом иконы и церковную утварь, составляющие внутренне убранство храма. Монахини, так же, как и женщины, сопровождающие царевну, относятся к происходящему по-разному. На их лицах читаются выражения от равнодушного любопытства до поверхностного сочувствия. Крайняя монахиня низко кланяется царевне, но при этом на ее лице читается откровенная ухмылка. Вторая монахиня в ряду старается не смотреть на главную героиню. Очень может быть, что она единственная искренне сочувствует царевне, которая будет вынуждена повторить ее путь, но открыто выразить несчастной свою поддержку не может, поскольку вынуждена играть по установленным правилам.
        Историческая подоплека этой картины вполне очевидна. На Руси девушка, родившаяся в царской семье, не имела никаких шансов выйти замуж, поскольку ее жених должен был бы соответствовать двум обязательным условиям. Первым было православное вероисповедание, а вторым – то, что статус жениха должен был соответствовать статусу невесты. Соответственно, первое условие не давало девушке возможности выйти замуж на иностранного принца, а второе – запрещало искать жениха в родной стране. Так что единственное, что ждало юную царевну, молодую, цветущую, здоровую женщину с нормальными человеческими желаниями и физиологическими потребностями, – это похоронить себя заживо за монастырскими стенами.
        Современники Сурикова, да и сам он, достаточно критически относились к монастырскому миру, считали его миром ханжества и фальши. Известна фраза, которую сказал сам художник по отношению к монастырям: «Там фальшиво все». И эта картина была своего рода манифестом общественного мнения конкретного времени и определенной среды, в основном просвещенной творческой интеллигенции.
        Но, в сущности, идею этой картины можно рассматривать и шире, и абстрактнее. Ведь сюжет фактически показывает социальную ситуацию, из которой нет выхода. Волей обстоятельств каждый человек может оказаться на месте этой царевны, когда давление социума помещает его в обстоятельства, из которых невозможно найти приемлемый выход, и приходится им подчиняться, пытаясь сохранить при этом хотя бы внутреннюю свободу.
        Надо добавить, что далеко не все современники Сурикова трактовали сюжет «женщина и церковь в Древней Руси» именно так прямолинейно пессимистично. У Андрея Рябушкина, например, есть картина «Женщины 17 столетия в церкви» (1899) в чем-то перекликающаяся с полотном Сурикова. Но исполнена эта композиция совершенно иначе прежде всего в колористическом отношении. Здесь нет темно-золотых окладов икон, наоборот, на стенах церкви царят яркие росписи, а свет в помещение проникает через окна с цветными витражами. Среди героев картины нет ни одного служителя культа, а сами женщины, девушки и девочки, одеты как на праздник, их дорогие наряды переливаются всеми самыми яркими цветами, создавая невероятный динамический эффект в этой по сути статичной композиции. Здесь нет никакого «темного царства», а наоборот, царит радость и ожидание счастья.
Tags: истории, сюжет, художники
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 5 comments