January 3rd, 2020

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: СЮЖЕТЫ

ПЬЕР ПЮВИ ДЕ ШАВАНН. ЗИМА

          Западноевропейские художники не слишком часто обращались к зимней теме в своих работах. Вероятно, для них это было не самое выигрышное время года с эстетической точки зрения. Холод, ветер, дождь..., снег только выпадет и уже превращается в мерзкую мокрую кашу, - и что тут можно из всего этого извлечь? Если только философскую притчу.

          Именно так и поступил Пьер Пюви де Шаванн, вероятно, один из самых «закрытых» художников в истории французского искусства, самоучка, эстет и затворник (в своей мастерской на площади Пигаль), символист и мастер аллегории. В самом конце 19 века он получил заказ на фрески для парижской Ратуши, и работа эта продолжалась около четырех лет с 1889 по 1893 годы. К этому времени Пюви де Шаванн уже успел зарекомендовать себя как блестящий мастер монументальной живописи, исполнив росписи амфитеатра в Сорбонне, панно для Бостонской библиотеки, заказы для муниципалитетов Лиона, Марселя и Руана, а также значительную часть фресок Пантеона в Париже со сценами их жизни святой Женевьевы, покровительницы города.

          Пюви де Шаванн имел собственную концепцию монументальной живописи, которую и старался последовательно реализовывать:

          «…Стенная живопись во Франции отличается злоупотреблением претенциозными жестами и излишними красками; таковы плафоны Версаля. И по мере того, как я все более и более удалялся от этого трескучего и высокопарного, пустого и тяжеловесного искусства –, у меня выработалась идея моей живописи сдержанной, простой и сконцентрированной. Я стремился к тому, чтобы Я стремился к тому, чтобы каждая краска не контрастировала с окружающим, чтобы каждый жест что-нибудь уважал. Вместо того, чтобы дырявить стену своим панно (как это бывает с чересчур разработанной живописью), я довольствовался тем, что просто украшал ее…»

          Именно эту собственную теоретическую программу Пюви де Шаванн и постарался реализовать в росписях парижской Ратуши. Одна из самых известных, концептуальных и загадочных работ этого цикла называется «Зима».

          Сюжет полотна (а Пюви де Шаванн был вынужден писать фрески в своей мастерской маслом на холсте, хотя мечтал о возвращении к ренессансной технологии темперной живописи по сырой штукатурке) представляет собой аллегорическое представление о Железном веке в декорациях условной зимней Древней Греции, засыпанной снегом и скованной зимними морозаи.

          Согласно идее художника Железный век – это эпоха жестоких испытаний для тех, кому выпала участь в ней жить. Отсюда и общая атмосфера холода и какой-то всеобщей бесприютности и безнадежности. Картина достаточно четко разделена на три плана, передний и средний засыпаны тонким слоем спрессованного снега с вкраплением льда, а задний план занимает холодное зимнее закатное небо и море, уходящее за горизонт. Средний план художник занимает изображением рощи, состоящей из высоких деревьев, похожих на пирамидальные тополя, с тонкими черными стволами. Листва давно облетела, поэтому роща просматривается насквозь. Пюви де Шаванн никогда не писал реальную природу, его эталоном были правильно выстроенные классицистические пейзажи Никола Пуссена или Клода Лоррена.

          Пространство холста заполнено группами людей, которые занимаются самыми разными хозяйственными делами, в основном, связанными с попытками согреться и добыть себе пропитание. Двое мужчин на переднем плане тащат вязанку хвороста, еще одна собранная вязанка лежит на разрубленной части ствола дерева в правом нижнем углу картины. В левом углу мужчина и ребенок пытаются согреться у костра, а лесоруб, рубивший еще один лежащий ствол дерева, прервался, чтобы получить кусок хлеба из рук женщины в белом покрывале. Видимо дрова, в которые должно превратиться дерево, предназначены для нее и для старика благородной наружности, выходящих из некоей каменной постройки, напоминающей гробницу или храм.

          В центре композиции находится мужчина, корректирующий деятельность троих дровосеков, которые с помощью троса собираются свалить еще одно сухое дерево. Группа полуобнажённых мужчин, занятых тяжелым физическим трудом, считается одной из самых великолепных в творчестве художника. Их мускулистые торсы, крепкие напряжённые руки и ноги кажутся заимствованными из некоей скульптурной группы, изображающей укрощение коней.

          Поскольку композицию работы организуют вертикально стоящие деревья, Пюви де Шаванн пишет вертикальным, а не наклонным, даже то дерево, которое собираются свалить дровосеки.

         На заднем плане изображена группа всадников, возвращающихся с охоты. Иногда утверждается, что художник чуть ли не единственный раз в своей творческой биографии попытался изобразить социальное неравенство, поскольку всадники-богачи и бедняки-труженики как будто существуют в разных измерениях, не пересекаясь друг с другом. Бедняки зимой испытывают голод и холод, для них это время, когда само выживание становится проблемой, а для богачей зима – это время новых сезонных развлечений. С другой стороны, сцены охоты, начиная с эпохи Средневековья были обязательными в композициях, представляющих зиму, как типичное занятие соответствующего времени года.

          Хотя вполне возможно, что в общине, представленной на панно, вовсе нет жесткого социального разделения, и олень, добытый охотниками, вскоре будет зажарен на том костре, что мы видим на переднем плане, и разделен между всеми персонажами полотна. Пюви де Шаванн вообще считал, что работа является естественным условием человеческой жизни, «радостной обязанностью людского рода», и только все вместе люди могут преодолеть голод и холод, и выжить в таком сложном и опасном мире, где надо всем господствует зима.

          Деревья не столько разделяют, сколько объединяют группы людей на разных планах картины. Несмотря на общий холодный тон полотна, в котором доминируют сере, белые и коричневые оттенки, красноватый костер, розоватые блики на снегу, и темно-розовое небо над густо-синей морской гладью дают зрителю некую надежду на скорое и благополучное окончание зимы, и вообще в целом на перемены человеческой жизни к лучшему.

ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

          Как-то раз некий художник, который вместе с Пьером Пюви де Шаванном работал над росписями Пантеона, обратил внимание, что тот постоянно заходит в Пантеон и сравнивает тона своих полотен, отмеченные в записной книжке, с тонами каменных колонн. Коллега заметил:

           - Не понимаю, месье, зачем вам нужна эта лишняя работа. Вот мне, например, вообще наплевать на стену.

           - Что же, - с невозмутимым спокойствием ответил на это Пюви де Шаванн, - если вам наплевать на стену, то и стена выплюнет вас самого.