January 13th, 2020

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: СЮЖЕТЫ

ЯН ВАН ЭЙК. ПОРТРЕТ ЧЕТЫ АРНОЛЬФИНИ

Часть 1.

          Если есть в истории искусства безусловные шедевры, смысл которых так и не удалось никому разгадать до конца, то «Портрет четы Арнольфини» Яна ван Эйка безусловно является одним из них. Эта работа считается первым парным портретом в истории западноевропейского искусства. Сам художник датировал эту работу 1434 годом.
          История картины прослеживается с начала 16 века, когда был документально зафиксирован факт ее дарения доном Диего де Геварой испанским аристократом, который долгое время проживал в Нидерландах, принцессе Маргарите Австрийской, штатгальтеру Испанских Нидерландов. В описи ее имущества, составленной на французском языке, портрет супругов Арлольфини обозначен так:
          «Большая картина, называемая Эрнул-ле-Фин со своей женой в комнате, подаренная Мадам Доном Диего, которого герб на крышке упомянутой картины; сделано художником Иоганном».
          В более поздней описи та же картина значилась следующим образом:
          «…ещё одна очень изысканная картина, которая закрывается двумя створками, где нарисованы мужчина и женщина, стоящие, держась за руки, выполнена рукой Иоганна, герб и девиз покойного Дона Диего на указанных двух створках, имя персонажа Арнольфин»
          С 1558 года картина уже принадлежала испанскому королю Филиппу II, периодически информация о ней всплывает в различных дворцовых документах, а с 1815 года она уже принадлежит английскому полковнику Джеймсу Хею. Как «Портрет четы Арнольфини» попал к нему достоверно неизвестно, Сам он рассказывал вполне благопристойную историю о том, что заметил картину в некоем частном доме в Брюсселе, где он восстанавливался после ранения, полученного в битве при Ватерлоо.       Произведение якобы так ему понравилось, что он уговорил хозяина дома продать ему картину. Скорее всего, британцы захватили обоз с произведениями искусства, которые армия Жозефа Бонапарта, потерпевшая поражение, вывозила из королевского дворца в Мадриде.
          До 1842 года картина принадлежала Джозефу Хею, который, похоже тщетно пытался ее продать. Сначала ее на несколько месяцев передали принцу-регенту Георгу, и она украшала его покои в Карлтон-хаусе, но затем ее вернули хозяину. Потом Хей отдалкартину другу и, наконец, в 1842 году «Портрет четы Арнольфини» продали только что основанной Лондонской национальной галерее за 730 фунтов.
        Традиционно считается, что на картине изображены один из представителей итальянского купеческого семейства Арнольфини и его супруга в сцене обручения или тайного бракосочетания, происходящего в их доме в Брюгге.
        Итак, на картине показаны мужчина, изображенный анфас, и женщина, представленная в трехчетвертном развороте слева, стоящие рядом на фоне интерьера богато обставленной жилой комнаты. Композиция строится без строгого соблюдения линейной перспективы, поэтому комната видна как будто сверху. Центром картины являются соединённые руки персонажей, вероятно, обозначающие супружеский союз. Вторая рука мужчины, поднятая вверх может указывать на принесение брачного обета, а рука женщины, прикрывающая округлившийся живот, возможно, демонстрирует  потенциальную плодовитость брачного союза.
        Герр Арнольфини предстает перед зрителем в дорогом и типичном для того времени костюме зажиточного горожанина. Сверху на нем надет так называемый хук из винно-красного бархата, подбитого мехом, остальные элементы одежды, включая и модную шляпу с широкой тульей, – черные. Сброшенные деревянные туфли хозяина лежат рядом с ним на полу. Эта деталь, написанная исключительно реалистично, подчеркивает, что несмотря на очевидное богатство, Джованни Арнольфини не является дворянином и вынужден передвигаться по городу пешком.
        Его супруга одета в ярко-зеленое платье-пелисон с синими рукавами и длинным шлейфом, подбитое мехом. Цвета ее одежды символизируют молодость, красоту, верность и влюблённость.
          Мужчина обладает очень запоминающейся внешностью, он невысокого роста, худощавый, с худыми руками и ногами и вытянутым лицом, на котором выделяется крупный нос и маленькие глаза, полуприкрытые тяжелыми веками. Женщина очень миловидна, но в ее чертах меньше индивидуальности, иногда даже утверждается, что в ее образе художник представил некий обобщенный идеал красоты своей эпохи.
        Значительная часть тщательно прописанных деталей картины также могут быть отнесены к символам, связанным с браком: собачка традиционно обозначала верность, единственная горящая свеча в люстре скорее всего указывала на Иисуса Христа как свидетеля брачного союза, фрукты на окне (возможно, апельсины) и вишня за окном, усыпанная плодами, обещали супружескому союзу плодородие и намекала на интимные радости супружеской жизни. Типичным символом брака была роскошная супружеская постель. Деревянная статуэтка святой Маргариты, покровительницы рожениц, на спинке кровати и висящая под ней метелка указывают на женские обязанности в семье.
        Одной из самых важных деталей картины является круглое выпуклое зеркало, висящее на задней стене помещения, и при этом расположенное на центральной оси композиции непосредственно над соединенными руками персонажей. Зеркало может указывать на чистоту и непорочность невесты, а также отождествлять брачный союз мужчины и женщины с символическим браком между Христом и Церковью. Зеркало обрамлено рамой с изображением Страстей Христовых. В нем со спины отражаются двое главных персонажей картины, но кроме того видны еще два человека, возможно мужчина и женщина, черты лиц которых разобрать невозможно.
        Над зеркалом прямо на стене художник поместил свою подпись: «Ян ван Эйк здесь был», поэтому некоторые исследователи утверждают, что один из персонажей, отражающихся в зеркале, – это сам художник.

Продолжение следует…

ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

       Как-то раз Эразма Роттердамского кто-то из знакомых укорил в том, что он ест скоромное в пост и этим совершает грех.
         - Что же делать, - возразил философ, - сам-то я – добрый католик, но вот мой желудок – решительный лютеранин!