February 4th, 2020

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: ЛИЧНОСТИ

БИОГРАФИЯ В ДВУХ СЛОВАХ: БОРИС МИХАЙЛОВИЧ КУСТОДИЕВ
       Борис Кустодиев родился 23 февраля 1878 в Астрахани, в семье преподавателя местной духовной семинарии. Отец умер от чахотки, когда мальчику было чуть больше года, и четверых детей, оставшихся в семье воспитывала одна мать Екатерина Прохоровна. Вдовой она осталась в двадцать пять лет. Кустодиевы снимали флигель в большом купеческом особняке. Семья жила бедно, но весело и дружно. Мать смогла привить детям любовь к театру, литературе, музыке и живописи.
       Борис решил стать художником, когда ему исполнилось всего девять лет, но начать учиться ему пришлось в астраханской духовной семинарии. Одновременно он брал уроки живописи у местного художника и педагога А.П.Власова. По его совету после окончания семинарии в 1896 году Кустодиев отправился в Петербург поступать в Академию художеств. Он был сразу принят, а через два года в 1898 попал в мастерскую Ильи Репина.
         Кустодиев много писал с натуры, увлекался портретной живописью, и его наставник возлагал на него большие надежды. Когда Борис учился на последних курсах, Репин привлек его к работе над монументальным полотном «Торжественное заседание Государственного совета 7 мая 1901 года». Для этой картины Кустодиев исполнил 27 портретов членов Государственного совета. Они составили треть полотна. В этой работе Кустодиев настолько точно соответствовал стилю своего учителя, что впоследствии даже сам не мог отличить, где его эскизы, а где эскизы Репина.
       За дипломную работу Кустодиев получил золотую медаль и право заграничной стажировки. В Европу он поехал уже не один, а с женой и маленьким сыном. Кустодиев познакомился со своей будущей женой, Юлией Евстафьевной Прошинской, за три года до этого во время своей поездки на Волгу. Юлия незадолго до этого окончила Смольный институт. Чувства оказались взаимными, и молодые люди поженились в 1903 году. Позднее в 1905 году в тех местах близ Кинешмы, где Кустодиев познакомился с будущей женой, он построил дом-мастерскую «Терем», где жил и работал потом каждое лето, и был очень счастлив.
       Брак Кустодиева оказался очень удачным, жена родила ему троих детей (один из которых умер в раннем возрасте), была ему верным другом не только в годы удач, но и во времена тяжелых испытаний, которыми для семьи стали и революция, и тяжелая болезнь Бориса Михайловича.
     В 1904 году в Париже Кустодиев написал свою знаменитую картину «Утро», где изображена его молодая жена, купающая маленького сына. Художник провел за границей пять месяцев, побывал в Париже и Мадриде, где посещал многочисленные выставки и салоны, но предпочел сократить срок своей стажировки и вернулся в Россию. Впоследствии до своей болезни Кустодиев довольно часто совершал короткие поездки за границу, чтобы быть в курсе европейской художественной жизни.
       В годы революции 1905 года Кустодиев активно сотрудничал с сатирическими журналами «Жупел» и «Адская почта», создавая карикатуры и шаржи на царских сановников. В то же время росла его популярность портретиста, и в 1915 году в числе прочих работ он выполнил заказной портрет Николая II. В 1907 году Кустодиев вступил в Союз русских художников, а в 1910 году, когда бывшие «мирискусники», не согласные с выставочной политикой Союза вышли из него и создали второй «Мир искусства», художник вошел и в это новое творческое объединение. В 1909 году Кустодиев стал академиком живописи. Его картины, показанные на выставках, как в России, так и за границей неизменно собирали положительные отзывы.
       В 1909 году у Кустодиева начались проблемы со здоровьем. Ему был поставлен диагноз «костный туберкулез», и в 1911 году он прошел курс лечения в санатории недалеко от Лозанны. В 1913 году у художника нашли опухоль в спинномозговом канале и его в первый раз прооперировали в Берлине. В 1916 году ему была сделана вторая операция, после которой развился необратимый паралич нижней части тела. Врачи еще спрашивали у Юлии Евстафьевны, что сохранить ее мужу, ноги или руки, и получили вполне предсказуемый ответ, что художник без рук жить не сможет. С тех пор Кустодиев практически не покидал своей комнаты и жил весьма ограниченными впечатлениями, но еще и воспоминаниями, и собственным воображением.
       Но именно в это тяжелое время он пишет самые известные свои работы, где представлена праздничная провинциальная дореволюционная жизнь, красавицы-купчихи, гуляния и чаепития. И выглядят все эти фантазии гораздо достовернее, чем многие картины, писанные с натуры.
       Революцию Кустодиев принял с энтузиазмом, в 1918 году он участвовал в оформлении Петрограда по случаю первой ее годовщины. Кустодиев придумал несколько сценариев «праздничных действ», конструировал форму для красноармейцев и даже иллюстрировал сборники статей Ленина. Кустодиев сотрудничал и с новыми театрами, оформил несколько спектаклей, в частности в 1925 году в Москве, знаменитую «Блоху», написанную Е.Замятиным по мотивам «Левши» Лескова. В 1923 году Кустодиев вступил в Ассоциацию художников революционной России (АХРР). Он продолжал выставляться, хотя не всегда его работы находили понимание в новой России. В 1926 году 24 его картины попали на выставке АХРР в раздел «Формальные искания».
       Между тем состояние его здоровья постоянно ухудшалось, организм ослаб, и легкая простуда, которую Кустодиев случайно подхватил, привела к воспалению легких, оказавшемуся для художника роковым. Кустодиев умер 26 мая  1927 года в Ленинграде, работая над эскизом триптиха «Радость труда и отдыха». Ему было 49 лет. Печально, что за десять дней до смерти художник получил разрешение советского правительства на выезд за границу для лечения. На эту поездку даже были выделены деньги.

ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

      Однажды в компании своих коллег-литераторов Михаил Булгаков рассуждал об отчислениях с кассового сбора, который полагается авторам представляемых пьес:
         - Да, драматурги как-то очень исхитрились – получают отчисления  от каждого спектакля своих пьес! Больше никому ничего подобного не платят. Возьмите, например, архитектора Рерберга. По его проект воздвигнуто в Москве здание Центрального телеграфа на Тверской. Даже мраморная доска удостоверяет, что построил сей дом Иван Иванович Рерберг… Однако же он не получает отчислений за телеграммы, которые подаются в его доме!..