February 26th, 2020

ПРАЗДНИКИ

ПРАВИЛЬНАЯ МАСЛЕНИЦА

Часть 2.

          Третий день масленичной недели – среда – именовался «лакомка», «разгул» или «перелом». Основным его событием было посещение зятем тещи. Она сама готовила ему блины, сама его радушно встречала и щедро угощала, всячески демонстрируя расположение к мужу своей дочери (сколько зятьев не пережили тещиного угощения, история умалчивает). Впрочем, на эти посиделки приглашались и другие гости, а мероприятие в целом должно было продемонстрировать полное семейное единение и гармонию:
          «Придет зять, где сметанки взять?
          У тещи зять – первый гость,
          А принят в дом – первый разбойник.
          Зять в дом – и иконы вон».
          Так что, «был у тещи, да рад утекши»
          Со среды начинались и массовые катания с гор и на тройках. В первые дни недели так развлекались только дети, которые скатывались с гор с веселыми выкриками:
          «Широкорожая Масленица,
          Мы тобою хвалимся,
          На горах катаемся,
          Блинами объедаемся!»
          А со среды (или в некоторых местностях с четверга), к веселью присоединялись парни и девушки. Обязательно должны были скатиться с горы все деревенские пряхи, поскольку считалось, что у той, которая съедет дальше всех будет самый лучший лен.
          В некоторых областях, например в Архангельской, существовал отдельный обряд катания с горы молодоженов, то есть пар, которые поженились в прошедшем году. Молодые пары подъезжали к самой высокой горе на тройках. Их встречала компания холостых парней и мужичков. Каждый из молодых мужей поднимался на вершину горы и усаживался в сани, а зрители начинали выкликать его жену: «Молоду такого-то на горку!»
          Услышав приглашение, девушка торжественно выходила из саней, кланялась на все стороны света, и поднималась к мужу, продолжая кланяться. Затем она садилась к мужу на колени и два или три раза целовала его в губы. Зрители удерживали санки и кричали: «Еще, еще раз подмажь, ходче пойдет!» Только после десятка смачных поцелуев санки отпускали скатиться с горы, а после этого молодая должна была поцеловать мужа еще раз. Это были обязаны проделать все пары местных молодоженов, но только по одному разу.
          Часто на Масленицу молодожены выезжали «на люди» в расписных санях, одетые в свадебные костюмы. Они должны были нанести визиты всем, кто гулял на их свадьбе, одаривая друзей, и получая ответные подарки. Существовал также довольно странный обычай, который назывался «Столбы», когда все нарядно одетые деревенские молодожены вставали рядами вдоль деревенской улицы и всенародно показывали, как они любят друг друга. При этом они кричали: «Порох на губах!» и предлагали всем прохожим прилюдно целоваться. Прохожие не оставались в долгу и отпускали всевозможные шутки, иногда довольно скабрезные. Длилось все это около часа, а потом все ехали кататься на тройках.
          В Тверской губернии на двор к молодой приводили сани и борону и предлагали ей выкупить шелыгу, то есть кнут. Если денег хватало на выкуп, до девушка отправлялась кататься в санях, а если нет, то ее сажали на борону. А во Владимирской губернии поутру вытаскивали на улицу молодого мужа и зарывали его в снег. Жена должна была его выкупать, поднести «зарывальщикам» угощение и целовать его столько раз, сколько попросят (интересно сколько молодых мужей не дожило после этого до следующей Масленицы, померев от воспаления легких?)
          В Вятской губернии холостые парни отправлялись с визитами к новобрачным. Им разрешалось целовать молодушек (три раза, не более), которые живут замужем первую Масленицу, а в обязанности молодых жен входило угощать гостей пивом.
Холостые парни и незамужние девушки также были героями праздничных гуляний, поскольку очень многие традиции и обычаи были направлены на то, чтобы помочь им поскорее найти себе пару.
         В Воронежской губернии было принято «выборанивать» девок: по улицам вдоль домов таскали борону, поскольку считалось, что так девушкам будет проще выти замуж. А в Костромской губернии женщины отлавливали на улицах неженатых парней и привязывали к ним колоды в наказание за то, что еще не женился. Парни откупались вином, конфетами и, естественно, блинами.

Продолжение следует…

ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

АНТОН ЧЕХОВ (Человек без селезенки)
О бренности : Масленичная тема для проповеди
         Надворный советник Семен Петрович Подтыкин сел за стол, покрыл свою грудь салфеткой и, сгорая нетерпением, стал ожидать того момента, когда начнут подавать блины… Перед ним, как перед полководцем, осматривающим поле битвы, расстилалась целая картина… Посреди стола, вытянувшись во фронт, стояли стройные бутылки. Тут были три сорта водок, киевская наливка, шатолароз, рейнвейн и даже пузатый сосуд с произведением отцов бенедиктинцев. Вокруг напитков в художественном беспорядке теснились сельди с горчичным соусом, кильки, сметана, зернистая икра (3 руб. 40 коп. за фунт), свежая семга и проч. Подтыкин глядел на всё это и жадно глотал слюнки… Глаза его подернулись маслом, лицо покривило сладострастьем…
         — Ну, можно ли так долго? — поморщился он, обращаясь к жене. — Скорее, Катя!
         Но вот, наконец, показалась кухарка с блинами… Семен Петрович, рискуя ожечь пальцы, схватил два верхних, самых горячих блина и аппетитно шлепнул их на свою тарелку. Блины были поджаристые, пористые, пухлые, как плечо купеческой дочки… Подтыкин приятно улыбнулся, икнул от восторга и облил их горячим маслом. Засим, как бы разжигая свой аппетит и наслаждаясь предвкушением, он медленно, с расстановкой обмазал их икрой. Места, на которые не попала икра, он облил сметаной… Оставалось теперь только есть, не правда ли? Но нет!.. Подтыкин взглянул на дела рук своих и не удовлетворился… Подумав немного, он положил на блины самый жирный кусок семги, кильку и сардинку, потом уж, млея и задыхаясь, свернул оба блина в трубку, с чувством выпил рюмку водки, крякнул, раскрыл рот…
         Но тут его хватил апоплексический удар.
1886 год