June 10th, 2020

ЖЕНЩИНЫ В ИСТОРИИ И ИСКУССТВЕ

БЕЗУМИЕ ДЖОРДЖИИ О'КИФФ.
Часть 6. И снова Стиглиц

Руки Джорджии о'Кифф. Фотография Альфреда Стиглица

Несмотря на то, что брак Джорджии о'Кифф и Альфреда Стиглица трудно назвать гармоничным союзом двух любящих сердец, супруги были в определенном смысле привязаны друг к другу. Во всяком случае Джорджия всегда весьма болезненно воспринимала доходившие до нее известия об очередных изменах Альфреда.

Дороти Норман. Фотография Альфреда Стиглица. 1932 г.

Первый нервный срыв у Джорджии случился ещё в 1928 году как раз перед ее первой поездкой в Таос. Как раз тогда она узнала, что у Стиглица завязался роман с Дороти Норман, общественной деятельницей прогрессивного толка, фотографом и очередной протеже любвеобильного Альфреда. Норман была замужем, имела двоих сыновей и при этом в открытую появлялась на различных мероприятиях в сопровождении Стиглица. Джорджию вполне закономерно это бесило, тем более, что Дороти была младше ее почти на двадцать лет.
Иногда биографы о'Кифф утверждают, что она не могла простить Стиглицу связь с женщиной, имевшей детей, тогда как он убедил Джорджию полностью посвятить себя творчеству, не отвлекаясь на материнство и домашние заботы. Вероятно, это все же не так. О'Кифф познакомилась со Стиглицем в достаточно зрелом возрасте, и, скорее всего, отказ от нормальной женской жизни был ее личным выбором, причем сделанным ещё до знакомства с ним. Скорее всего, причиной ее нервных срывов был возраст Дороти Норман, а также и то, что ее саму, приближавшуюся к сорокалетию, Стиглиц уже перестал воспринимать как желанную в сексуальном отношении женщину.

Джорджия о'Кифф. Белые цветы

Нервный срыв, случившийся с о'Кифф в 1928 году привел к тому, что она сорвала выгодный и престижный заказ по созданию фрески для Радио Сити Мьюзик холл.
А в конце 1932 года, вернувшись в очередной раз с ранчо Призрака, Джорджия с раздражением обнаружила, что роман ее законного мужа и Дороти Норман без перерывов продолжается уже почти пять лет. Это было для нее настолько невыносимо, что на сей раз она попала в психиатрическую клинику с тяжёлой депрессией. Она лечилась почти два месяца, а потом ещё три года восстанавливалась на Бермудах. Работать в это время она практически не могла. Но при этом Стиглиц неустанно продолжал продвигать творчество о'Кифф, рекламируя ее работы, организуя новые заказы и всячески помогая.

Салон Элизабет Ардан в Нью-Йорке в 1930 году (к сожалению, найти изображение росписей, выполненых Джорджией о'Кифф мне не удалось)

Постепенно благодаря ее таланту и его связям в арт-бизнесе, Джорджия становилась все более и более продаваемой и высокооплачиваемой художницей Америки. В 1936 году она выполнила роспись нью-йоркского салона красоты для Элизабет Ардан, за что получила 10000 долларов. В том же году в Таосе она создала одну из самых известных своих картин, «Летние дни», где на фоне красных гор и полевых цветов изображен череп оленя, плывущий над горизонтом.

Джорджия о'Кифф. Летние дни. 1936

В следующем, 1937 году Стиглиц оставил занятия фотографией из-за тяжёлой болезни сердца. В его творческом наследии осталось более пятисот снимков Джорджии о'Кифф, из которых около двухсот – обнаженные. Много позже, в 1978 году, Джорджия писала:
«Когда я рассматриваю фотографии, которые Стиглиц сделал со мной – некоторые из них более шестидесяти лет назад – мне становится интересно, кем была эта женщина. Как будто в своей жизни я прожила еще много других жизней…»

Альфред Стиглиц в 1935 году

В последние десять лет своей жизни Стиглиц перенес несколько тяжёлых сердечных приступов. Его делами заправляла тогда уже Дороти Норман, но при этом Джорджия о'Кифф оставалась его законной женой. По каким-то причинам они так и не стали разводиться, что кажется не менее загадочным, чем причина, по которой они вообще поженились, а также вся их совместная супружеская жизнь.
В июле 1946 года Джорджии, которая тогда уже окончательно обосновалась в Нью-Мексико, сообщили, что Стиглиц перенес инсульт и впал в кому. Она тотчас примчалась к нему в нью-йоркскую больницу, на правах жены выставила из палаты Дороти Норман (похоже, что давно мечтала это сделать), и оставалась с Альфредом до его последнего вздоха. Как бы там ни было, он умер у нее на руках. После его смерти она его кремировала, а прах развеяла над его любимым озером Джордж.
Обширные архивы, собрание картин, рисунков и фотографий, принадлежавшие Альфреду Стиглицу, Джорджия о'Кифф передала нескольким музеям США, в том числе Метрополитен-музею.

Джорджия о'Кифф. Из озера

Продолжение следует…

ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ


Скульптурный портрет Георга Вильгельма Гофмана в его доме

Известный немецкий химик Август Вильгельм Гофман во время чтения своих лекций любил поразить слушателей каким-нибудь неожиданным и оригинальным сравнением. Так, рассказывая о специфическом запахе бензола, он небрежно бросал:
- Одна дама как-то сказала мне по-свойски, что он пахнет стиранными перчатками…
Но профессор так часто повторял эту фразу в университетской аудитории, что один из его студентов решил его разыграть. Когда в следующий раз Гофман начал рассказывать про бензол, шутник крикнул с места:
- Одна дама сказала мне, что бензол пахнет стиранными перчатками!
- Как? – не на шутку встревожился профессор. – Вы тоже ее знаете? А что она ещё вам сказала?