November 10th, 2020

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: СЮЖЕТЫ

РОГИР ВАН ДЕР ВЕЙДЕН. ЧИТАЮЩАЯ МАРИЯ МАГДАЛИНА
Часть 1.

Рогир Ван дер Вейден. Читающая Мария Магдалина. 1435-38 (?)

Интересно, какими соображениями руководствовался тот, кто разрезал на фрагменты прекрасный алтарь Рогира ван дер Вейдена, созданный им в середине 1430-х годов, самым известным фрагментом которого является великолепная фигура читающей Марии Магдалины. Из-за этого «любителя искусств», мы теперь точно не можем даже точно датировать это произведение. Исследователи с некоторыми оговорками относят его к 1435-38 годам, предполагая наиболее точной датой 1437 год, поскольку этот алтарь Рогира еще очень похож на работу его учителя Робера де Кампена, так называемый Алтарь Верля, исполненный примерно в это же время.

Робер де Кампен. Алтарь Верля. 1436. Фрагмент

Скорее всего, картина была создана после переезда Рогира с семьей в Брюссель в 1435 году, когда он начал получать первые заказы от двора герцога Бургундского Филиппа Доброго и переделал свое французское имя Роже де ля Пастюр на фламандский манер, став Рогиром ван дер Вейденом. В 1436 году он уже получил почетное звание «художника города Брюсселя». Вполне возможно, что не сохранившийся алтарь с Марией Магдалиной был одним из герцогских или же городских заказов.
Уже разрезанные фрагменты алтаря с Марией Магдалиной всплыли в 1811 году во время распродажи имущества Кассино, ничем не примечательного торговца произведениями искусства из Харлема. Пройдя через несколько рук, картина оказалась в коллекции француза Эдмона Бокюзена, который собирал исключительно раннюю нидерландскую (а, точнее, фламандскую живопись). Один из промежуточных владельцев перенес изображение с оригинальной дубовой панели на доску из красного дерева. В 1860 году эту коллекцию приобрели для Лондонской национальной галереи, так что «Читающая Мария Магдалина» оказалась частью одного из самых престижных европейских художественных собраний.

"Читающая Мария Магдалина" до реставрации

Еще до 1811 года фон картины был полностью замазан коричневой краской за исключением фрагмента красной мантии слева, белого алебастрового сосуда и половиц. Зачем это было сделано, также непонятно, как и причина, по которой алтарь был разрезан. В 1955 году картину отреставрировали и очистили от коричневой краски. К счастью, живописный слой под ней практически не пострадал, хотя те части, которые не были замазаны, сохранились лучше.


В Национальном музее Стокгольма хранится рисунок, который, как считают исследователи, дает представление о том, как утраченный алтарь выглядел целиком. Фон картины на своем наброске его неизвестный автор не стал детализировать, сосредоточившись на изображении основных персонажей. Слева направо представлены: епископ с митрой и посохом делающий благословляющий жест (личность не идентифицирована); далее набросок контура следующей фигуры, затем св.Иоанн Креститель, в центре – сидящая Дева Мария, которая держит на коленях Младенца Христа. Младенец наклоняется вправо и смотрит в книгу, лежащую на коленях у св.Иоанна Евангелиста. Рисунок обрывается на фрагменте мантии Иоанна, примерно в том месте, где начинается фрагмент мантии на панели с Марией Магдалиной. Это, вероятно, свидетельствует о том, что фрагмент с Магдалиной был вырезан первым, и произведение какое-то время существовало в усеченном виде.

Продолжение следует…

ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ


Моцарт и Гайдн

Как-то раз Моцарт предложил Гайдну пари, что тот не сможет сыграть на фортепиано сочиненный им этюд. Гайдн согласился на пари с условием, что проигравший выставит полдюжины бутылок шампанского. Моцарт подошел к конторке быстро набросал несколько нотных строчек и подал Гайдну. Тот, едва взглянув на написанную музыку, нашёл её очень лёгкой для исполнения и сел играть. Но вдруг он остановился и воскликнул:
- Как же я могу это сыграть? Обе мои руки заняты исполнением пассажей на разных концах фортепиано, а между тем одновременно я должен брать ноты в средней клавиатуре. Это невозможно!
- Позвольте, - сказал Моцарт, - я сыграю.
Он сел за фортепиано и стал играть свой этюд. Дойдя до казалось бы технически невозможного места, он, к удивлению всех присутствующих, нагнулся и прижал носом нужные клавиши. Все разразились громким хохотом, поскольку Гайдн был курносым, а Моцарт же наоборот длинноносым. В итоге Гайдн спор проиграл и поплатился шестью бутылками отличного шампанского.