nikonova_alina (nikonova_alina) wrote,
nikonova_alina
nikonova_alina

Category:

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: ЛИЧНОСТИ

СЕРГЕЙ ВИНОГРАДОВ И ПРОБЛЕМЫ РУССКОГО ИМПРЕССИОНИЗМА

         Термин «русский импрессионизм», который в наши дни используют достаточно часто (даже и музей соответствующий был открыт не так давно) на самом деле вызывает у искусствоведов некоторую настороженность. Профессионалы вообще предпочитают употреблять его с большими оговорками. Дело в том, что на самом деле то, что происходило в русском искусстве (в основном, в русском пейзаже) на рубеже 19-20 веков очень опосредованно связано с чистым импрессионизмом в его каноническом французском варианте.
         Импрессионисты полагали, что основная задача художника – остановить и зафиксировать мгновение, момент жизни, так же, как это делают фотографы. Они начали активно работать на пленэре, писать картины не в мастерской, а прямо на природе, на городских улицах, запечатлевая не реконструкцию событий, а подлинную жизнь. То есть главное в их искусстве было само искусство, красота, перенесенная из реального мира на холст. Но для русских художников чисто художественных задач как всегда оказалось недостаточно.
         Русская культура всегда была литературоцентричной, и это распространялось также и на визуальные виды искусства. Несмотря на все декларации, даже мирискусники в своих произведениях не смогли избежать доминирования содержательной стороны. Русские импрессионисты же, принадлежащие по большей части к «Союзу русских художников», вообще имели органическую связь с передвижничеством, многие из них состояли в обоих организациях.
         Русский импрессионизм по сравнению с французским отличает меньшая динамика в отражении течения жизни, этюдность и, как следствие,намеренная незавершенность работ, гораздо большая значимость содержания в произведении и отображение внутреннего состояния художника.
         Одним из тех художников, которых однозначно называют «русскими импрессионистами», был Сергей Виноградов. Нельзя сказать, что его имя в наше время прочно забыто, но все-таки он сейчас далеко не так известен, как, скажем, Константин Коровин или Игорь Грабарь.
         Сергей Виноградов родился в 1869 году в семье бедного приходского священника в селе Большие Соли Костромской губернии. Его путь в искусство был с одной стороны довольно традиционным: раннее проявления интереса к живописи (уроки рисования в гимназии и наблюдение за работой провинциальных иконописцев), Московское училище живописи, ваяния и зодчества, затем Академия в Петербурге.
         А вот потом начались некоторые отклонения от жестко установленной схемы. Сначала Сергея свалил тиф, и он был вынужден бросить Академию (академические отпуска в те времена не предоставляли), затем он достиг призывного возраста, и перед ним замаячила реальная перспектива отправиться на военную службу. Чтобы избежать этого он уехал в Харьков преподавать в ремесленном училище . Харьков он ненавидел лютой ненавистью, называл отвратительной провинциальной дырой, и восемь лет, которые он там провел, считал безнадежно потерянными, тем более, что его работы, выполненные в это время отказывались брать на выставки передвижников. Он развлекался, читая русских классиков (вернее, современную литературу – Тургенева и Толстого), изучая французский язык, а также посещая местный театр.
        В 1898 году Виноградов вернулся, наконец, в Москву, где ему предложили преподавать в натурном классе Строгановского училища. С этого момента его творческая жизнь начала идти по нарастающей. Со своим другом Василием Переплетчиковым летом того же года Сергей съездил в Плес, открытый незадолго до этого Левитаном, через год его приняли в Товарищество передвижников, а еще через пару лет он отправился во Францию, приобщаться к современному искусству и благоговеть перед классиками.
Примерно в то же время он подружился с Константином Коровиным и стал частым гостем в его имении Охотино и в доме в Гурзуфе. Затем последовало участие в организации «Союза русских художников», новые поездки за границу и работа.
Картины Сергея Виноградова становятся заметным явлением на выставках даже с учётом того, что его современниками были многие великолепные пейзажисты соответствующей эпохи, начиная с того же Коровина.

     
          Сергей Виноградов             Константин Коровин

      Виноградов учился в свое время у Василия Поленова, и главным, чтоего восхищало в работах учителя, был солнечный свет (между прочим, тем же у  Поленова восхищался и Коровин). Вообще, у большинства пейзажистов можно отметить достаточно узкую сезонную специализацию: одни любят писать зиму, другие предпочитают осень или раннюю весну, а вот тех кто любит, а главное, умеет передавать солнечный свет на своих полотнах, не так уж и много. Виноградов это умел блестяще, и был художником лета.
       Расцвет Сергея Виноградова приходится на 1910-е годы. В это время он работает с необычайной интенсивностью, очень многие его работы вызывают восхищение и восторг и у публики, и у критиков. И больше всего всех восхищать именно его способность передать ощущение солнечного света и тепла. А я бы ее добавила, что его полотна просто пронизаны ощущением покоя и тихого безоблачного счастья, счастья простой человеческой жизни. Разглядывая их, можно почти осязаемо погрузиться в счастливую и беззаботную атмосферу русской дореволюционной жизни. И если кто не стремился передать в своих полотнах ощущение тревоги от приближающейся революционной бури, так это был как раз Сергей Виноградов.
             В 1910 году Виноградов выставил картину «Сад». Сейчас это достаточно небольшое полотно (размер 96х96 см) хранится в Иркутском художественном музее им.В.П.Сукачева. В свое время современники были просто потрясены мастерством художника, с которым он изобразил уголок усадебного сада с большой асимметричной клумбой с кустами белых пионов в центре. Игорь Грабарь так писал об этом полотне в журнале «Весы»:

               «…Мне нравится «Сад» Виноградова с мастерски написанными  цветущими деревьями и удачно найденной и просто разрешенной игрой солнца на траве и дорожке. Этому художнику, видимо уставшему от собственного мастерства, можно от всей души пожелать, чтобы он очутился во власти какой-либо большой художественной идеи, способной всецело его захватить, увлечь и даже временно раздавить…»
          Из этого отрывка можно понять, что даже Грабарь, который также относится к представителям русского импрессионизма, не принял того факта, что идеей, захватывающей художника, может быть просто желание запечатлеть счастливое мгновение, мимолетную красоту летнего дня, и ничего более.
       Живя в эпоху надвигающихся грандиозных перемен, Виноградов как мог пытался соответствовать социально-политическим запросам современности. Во время Первой мировой войны он делал агитационные плакаты (я не смогла найти ни одного из них для примера, но ясно, что пейзажист и лирик долен был ломать себя, свою индивидуальность, чтобы производить такие вещи), после революции даже входил в какие-то оформительские комиссии, учреждённые новой властью. Но все это было не для него. Трудно сказать, как сложилась бы его судьба в Советской России, хотя ничего хорошего людям такого сугубо творческого склада здесь ожидать не приходилось.

      Впрочем, кое-что приятное в его послереволюционной жизни все же случилось. В 1918, когда ему уже было под пятьдесят лет, Виноградов женился на художнице Ирине Войховской. Супруга была полячкой и младше мужа на 16 лет.

      В 1923 году Виноградов, как председатель выставочного комитета, смог организовать  выставку, которую потом было решено показать в США, в основном с целью продажи, и Сергей Арсеньевич, как руководитель проекта, сопровождал ее в Штаты. Картины продать не удалось, они вызвали восторг в эмигрантской среде, но не вызвали особого желания их покупать у тех, кто имел деньги. Хотя некоторое количество собственных работ Виноградов все же продал. Но для художника, похоже, возможность вырваться за границу, обернулась во благо. Назад, в Россию он уже не вернулся, а уехал в Ригу по приглашению своего друга Николая Богданова-Бельского. К счастью, спустя какое-то время к нему смогла присоединиться и жена.
        Сергей Виноградов прожил в Латвии оставшиеся пятнадцать лет своей жизни. В сущности, жил он не так уж и плохо: писал хутора и окрестности Риги, преподавал в Рижской школе-студии для подростков, навещал своих многочисленных друзей, даже ездил в Париж, чтобы навестить Константина Коровина. Но все это было уже не то. Сергей Арсеньевич тосковал о родине. Конечно, не о Советской России, которую он не принял, да, в сущности, так и не узнал. Он тосковал о старой, дореволюционной стране, где были старинные усадьбы, освещаемые солнцем, где можно было размышлять, мечтать и читать хорошие книги, сидя в своем саду за чайным столом, где была тихая, спокойная и красивая жизнь.

       Вероятно, чтобы хоть немного вернуться туда, в прошлое, Виноградов время от времени совершал поездки в Печоры, поскольку этот город в то время находился в составе Эстонии. Он с восторгом писал Псково-Печорский монастырь, восхищаясь его архитектурой. Но это уже были бледные отголоски его прежних работ, написанныев гораздо более сдержанной манере с использованием боле темного и даже мрачноватого колорита.

      Сергей Виноградов умер почти нелепо, но его смерть кажется каким-то логичным завершением всей его жизни. В январе 1938 года умер один из его друзей, художник Константин Высоцкий. Виноградов был на его похоронах и всю дорогу до кладбища шел с непокрытой головой. Сильная простуда перешла в пневмонию, а легкие у него наследственно были слабыми (мать и сестры умерли от туберкулеза), так что болезнь оказалась смертельной. Виноградов умер 5 февраля 1938 года. Возможно, он и сам уже не хотел бороться за жизнь, не видя в этом особого смысла. Ведь высший взлет его искусства остался там, в 1910-х годах, вместе с тихим, солнечным и счастливым миром.

Tags: биографии, истории, художники
Subscribe

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Марк Шагал. Над городом. 1918 Однажды, когда известный американский ученый-аэродинамик Теодор фон Карман читал публичную лекцию, его попросили в…

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Дэвид Уилки. Портрет короля Георга IV в килте. 1822 По время визита английского короля Георга IV в Шотландию в 1822 году некий полковник…

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Рембрандт. Философ в раздумье. 1632 Как-то раз философа и моралиста Себастьена-Рок-Никола Шамфора спросили - Почему все философы являются…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments