nikonova_alina (nikonova_alina) wrote,
nikonova_alina
nikonova_alina

Category:

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: СЮЖЕТЫ

ВАСИЛИЙ ШЕБУЕВ. ГАДАЛКА (АВТОПОРТРЕТ С ГАДАЛКОЙ)

         Интересно, какое прозвище получил от студентов Академии художеств их ректор отделения живописи и ваяния, профессор Василий Козьмич Шебуев. А ведь наверняка молодые и ехидные умы придумали что-то едкое и меткое. Шебуева в Академии вообще-то уважали, но вряд ли любили, слишком уж он был консервативен. Н.А.Рамазанов, который учился в Академии при Шебуеве писал о нем так: «…постоянно строгий, разумный взгляд его на искусство, казалось, делал его таким недоступным, важным, но в этой важности не было ничего напряженного, искусственного, она была порождена в нем вместе с его высокими понятиями об искусстве…» Короче, это был типичный зануда-академист, хотя и крепкий профессионал.
         Но и Шебуева тоже можно было понять, поскольку он действительно сделал себя сам, и последовательно, шаг за шагом, поднялся с самых низов к вершинам успеха и благополучия.
         Его отец Кузьма Егорович Шебуевбыл по рождению дворянин, но занимал должность смотрителя складов Адмиралтейства в Кронштадте, это был семейный человек, живущий на небольшое (очень небольшое) жалование. Он прекрасно понимал, что у его сына, несмотря на дворянское звание, очень немного шансов пробиться в жизни.
         И вот тогда мальчика и отдали в Академию художеств «на казенный кошт». То есть ребенка пяти лет из приличной, хотя и небогатой семьи, родной любящий отец отправляет в интернат для профессионального обучения. С современной точки зрения, это, конечно нонсенс.
         Но в конечном итоге, получилось, что Кузьма Шебуев не ошибся и добыл для своего сына билет в счастливое будущее, хотя и казалось поначалу, что он пренебрег сословной честью (ведь среди дворян считалось чуть ли не постыдным отдавать детей в обучение, а тем более в обучение ремеслу, чем в то время и считалось изобразительное искусство).
         Может, Василий и не был особо талантлив от рождения, но трудолюбие и добросовестность сыграли свою решающую роль в его судьбе. В 17 лет он получил свою первую награду – вторую серебряную медаль за этюд двух натурщиков, через три года – вторую золотую медаль за конкурсную работу «Смерть Ипполита». Еще через три года Шебуев отправился в Рим в качестве пенсионера.
        В те времена он вовсе не был нудным академистом, ставившим превыше всего заветы Жака Луи Давида. Это был молодой человек, симпатичный, уверенный в себе и в своем блестящем будущем, который искал свой путь в искусстве. И иногда поиски заводили его в совершенно иные края, далекие от классических традиций.
         Из Рима помимо всего прочего (копий известных картин, штудий античных статуй и т.п.), он привез и совершенно необычную оригинальную картину – «Гадалку» (или «Автопортрет с гадалкой»), над которойхудожник работал на протяжении всего пребывания в Риме с 1805 по 1807 гг. В Риме Шебуев блистал. Он «первенствовал» среди своих товарищей, и судя по всему, не отказывался и от развлечений самого разного свойства.
         Об обстоятельствах, при которых у него родился замысел «Гадалки» его друзья рассказывали так: «В 1805 году Шебуев, гуляя в окрестностях Рима, встретил гадальщицу-цыганку, которая за несколько мелких монет, лядя на его ладонь, сказала, что корда он воротится домой в Россию, то будет в славе, при хороших деньгах и будет близок к своему государю…» Между прочим, слова гадалки полностью подтвердились. Помимо поступательного продвижения по карьерной лестнице в Академии, Шебуев, по возвращении в Петербург был назначен учителем рисования детей покойного императора Павла I, в том числе и будущего Николая I. Тогда цесаревич Николай Павлович несколько фамильярно называл Шебуева «моим серым котом Васей», но заняв российский престол, не забывал одаривать его званиями, наградами и ценными подарками.
         Впрочем, есть и другая версия о римском источнике вдохновения Василия Шебуева. Он сам в обязательном отчете о своей поездке для членов попечительского совета Академии сообщал, что с самого приезда в Рим в 1804 году он «…начал ходить во все галереи как-то: принца Боргези, Барберини. Дорье и прочие, в которых многое нашел для скопирования картин…» разумеется, бывал он и в Капитолийских музеях, где не мог не обратить внимание на «Гадалку», написанную Микеланджело Меризи да Караваджо.
         Впрочем, если он ехал в Рим через Париж, как делали многие из его товарищей, то мог видеть и другой вариант «Гадалки» Караваджо, тот, что хранился в Лувре.
       Сюжет, в котором цыганка гадает хорошо одетому юноше, приобрел особую популярность с начала 17 века. Его распространение связывают с так называемым «караваджизмом», то есть особым художественным направлением, основы которого был заложены в творчестве самого Караваджо. К основным признакам караваджизма относятся интерес к сюжетным бытовым мотивам, использование простонародной натуры, композиционное построение крупнофигурных сцен (как жанровых, так и мифологических и религиозных) и особые живописные приемы, основанные на принципе так называемого «погребного» освещения, которые создают напряжённость и резкость световых контрастов.
         Вообще-то сюжет гадания, также как и популярные в среде караваджистов темы игры в карты и кости с шулерами, пирушек, посещения сводни и т.п., восходят к тексту «Притчи о блудном сыне», и в ту эпоху являлись как бы законным поводом для изображения неких низменных развлечений, поскольку в них подразумевалось определенное назидание для неразумных юнцов, склонных к неправильному поведению.
         Известно, что сам Караваджо по утверждению его биографа Джованни ПьетроБеллориспециально разыскал на улице подходящую цыганку, чтобы продекларировать свой принципиальный отказ использовать в качестве модели античную скульптуру, как это было принято в то время:
        «…Когда ему<Караваджо> напоминали о знаменитейших статуях Фидия и Гликона, как образцах для учения, он вместо ответа указывал пальцем на толпу людей, говоря, что достаточно учиться у природы. А для подтверждения своих слов зазвал он на постоялый двор проходившую случайно по улице цыганку и написал её, как предсказывает она будущее по обычаю женщин египетского племени. Написал он там и молодого человека, который одну руку в перчатке положил на эфес шпаги, другую же, без перчатки, протянул цыганке, и та внимательно на неё смотрит, и столь чисто выразив правду в обеих полуфигурах, Микеле свои слова этим подтвердил…»
        Моделью для фигуры юноши в «Гадалке» считается Марио Миннити– сицилийский художник и приятель Караваджо (впоследствии также караваджист).
         Конечно, когда Василий Шебуев обратился к этой теме в начале 19 века, то вряд ли он намеревался подтверждать необходимость работы с реальными натурщиками, так же он, вероятно, не интересовался моральной и религиозной основой избранного сюжета. Скорее всего, его просто прельстила определенная романтичность и экзотичность ситуации гадания богатому иностранцу в присутствии живописной толпы цыган, а впечатления от картины Караваджо заставили перенести действие на два столетия назад.
         Итак, на картине Шебуева мы видим двоих основных персонажей – самого художника, одетого в старинный костюм по моде 17 века, и гадалку-цыганку в ярком синем платье. Действие происходит на фоне голубого неба (у Караваджо – светлая стена, рассеченная тенями). Композиция уравновешена темной стеной у левого края полотна за спиной художника и группой из трех человек у правого края полотна за спиной у цыганки. Группу составляют молодая женщина с маленьким ребенком на руках и мальчик с бубном.
          Себя художник изображает вполне романтично и в духе своего времени: у него смуглое лицо с проницательными темными глазами, небрежно взлохмаченные темные волосы, темный бархатный костюм, на котором резко выделяется белоснежный воротник с кружевами под которым находится медальон (брелок) на серебряной цепочке. В его правой руке – светлые перчатки, а левую с белоснежной кожей он протягивает цыганке для гадания по линиям на ней. Эта белая рука резко контрастирует со смуглым цветом лица художника и кажется некоторым алогизмом. Судя по всему, Шебуев здесь не смог адекватно справиться с композиционной проблемой, поскольку ему хотелось изобразить себя смуглолицым, но при этом, поскольку смуглая рука подразумевалась и у цыганки, не смог подобрать подходящий правдоподобный тон для своих собственных рук. Впрочем, и у цыганки руки кажутся  более светлыми по сравнению с ее лицом мулатки.
         Гадалка на картине Караваджо смотрит на своего клиента с чуть кривоватой улыбкой, и это сразу дает понять зрителю, что перед нами – мошенница. Приглядевшись, легко заметить, что она, заговаривая юноше зубы своими предсказаниями, параллельно стягивает с его пальца кольцо.
         Гадалка у Шебуева, скорее всего зарабатывает не воровством, а действительно предсказаниями богатым туристам. На это указывает и льстивая улыбка цыганки, заглядывающей в глаза клиенту. Очевидно, что ее доход определяется количеством приятных предсказаний и комплиментов, а главная ее задача – угадать, кому предсказывать успех в делах, а кому – счастье влюбви.Кстати, рука главного героя открыта и видно, что никаких колец на ней нет, а гадалка держит его за палец и не имеет возможности что-то стянуть. Руки главных героев находятся в самом центре картины, и их «диалог» сразу привлекает  внимание зрителя.
         Любопытно, что у караваджистов (не только у самого Караваджо), но и, например у Жоржа де Ла Тура, молодой клиент гадалки как правило выглядит наивной жертвой мошенников, которые под предлогом гадания вытаскивают у него кошелек или снимают кольцо с пальца. Но себя Шебуев изображает человеком явно умным и проницательным, с внимательным и сосредоточенным, хотя и несколько отрешенным взглядом. И к тому же его-то как раз гадалка не обманула, а честно сказала всю правду.
         Удачей художника считается фигура мальчика с бубном в правом нижнем углу картины. Этот образ получился очень естественным (вполне в духе караваджизма), видно, что Шебуев писал модель с натуры и с очень большой симпатией.
         Из опыта караваджистов Шебуев использовал плотно скомпонованную крупнофигурную композицию, но вот пресловутый «подвальный» свет в данном случае оказался уже не актуальным, и художник довольствовался нормальным дневным освещением.
         С 1929 года «Гадалка» Шебуева хранится в Третьяковской галерее, а до этого она находилась в коллекции Ильи Остроухова, куда попала, сменив нескольких частных владельцев. Так что у учеников профессора Шебуева, скорее всего не было шансов увидеть, каким он был в молодости,и немного изменить к лучшему свое мнение о старом академическом сухаре.

       
Tags: истории, картины, художники
Subscribe

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Луи Буланже. Оноре де Бальзак в домашнем одеянии Однажды ночью в квартиру к писателю Оноре де Бальзаку забрался вор. Убедившись, что хозяин спит,…

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Морис Кэнтен де да Тур. Портрет Вольтера в возрасте 41 года Один посредственный поэт сочинил оду, которую назвал «К потомству», и прочитал её…

  • ЖЕНЩИНЫ В ИСТОРИИ И ИСКУССТВЕ

    АИССЕ: ИСТОРИЯ ОДНОЙ АДЫГЕЙКИ Адольф Варин. Шарлотта-Элизабет-Аиссе Часть 4. Разумеется, не стоит думать, что в течение целых десяти с лишним…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments