nikonova_alina (nikonova_alina) wrote,
nikonova_alina
nikonova_alina

Categories:

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: СЮЖЕТЫ

ВАСИЛИЙ ПОЛЕНОВ. В СТАРОМ ПАРКЕ. МЕСТЕЧКО ВЁЛЬ В НОРМАНДИИ

         Скольким же прирождённым пейзажистам испортила жизнь установка Академии художеств по делению жанров живописи на более или менее значительные. Круче всех по этой теории, конечно, были мастера исторического жанра, мэтры глубоко содержательной многофигурной композиции, а вот пейзажисты традиционно оттеснялись на периферию художественного мира.
         Вот и путь Василия Поленова в корифеи русского пейзажа оказался довольно причудливым. Впрочем, путь Василия Поленова в искусство в принципе оказался весьма извилистым, поскольку, как и у многих молодых людей из приличных семей в то время, он начался вовсе не с Академии художеств, а с университета. Прибыв в Санкт-Петербург из Петрозаводска вместе с братом Алексеем, Василий поступил на физико-математический факультет Петербургского университета. Но страсть к искусству все-таки отправила его в Академию художеств сначала в качестве вольноприходящего ученика, а затем и полноправного студента.
         Почти на два года Поленов полностью оставил университет, и в 1867-68 году окончил базовый курс натурного класса Академии художеств. Затем, судя по всему, старшими родственниками ему было сказано, что заниматься любыми глупостями он, конечно, может, но пусть лучше сначала все-таки получит нормальный университетский диплом. В итоге, он перевелся с физмата на юридический, справедливо полагая, что сочетать изучение точных наук с занятиями в Академии художеств нереально, а вот гуманитарные юридические дисциплины сдать можно без проблем. Илья Репин позднее утверждал, что картина «Право первой ночи» «есть плод его юридических изучений».
         Но меня в данной истории интересует не тот факт, что талантливый человек без проблем умудрился совместить занятия искусством и юриспруденцией, и даже извлечь из этого перекрестную практическую пользу, но то, что Василий Поленов, явный романтик и лирик, изначально позиционировал себя как традиционный исторический живописец, получающий классическое академическое образование по обычной сложившейся в Академии системе.
        В 1871 году за программную картину «Христос воскрешает дочь Иаира» (в отличие от передвижников Поленов и его однокурсники  И. Е. Репин, М. М. Зеленский, Е. К. Макаров, Е. Ф. Урлауб не стали устраивать протестные акции, а честно написали вполне профессиональные композиции на заданную тему) Василий Поленов получил Большую золотую медаль, что автоматически гарантировало ему получение гранта на поездку в Европу.
        Туда он и отправился в следующем 1872 году, получив диплом юриста. Кстати, это была его вторая заграничная поездка. Первая состоялась еще в 1867 году на Всемирную выставку в Париж, и ее итогом стала магистерская диссертация «О значении искусства и его применении к ремеслу и мерах, принимаемых отдельными государствами для поднятия ремесла, внося в него художественный элемент», написанная по впечатлениям о посещении раздела с произведениями народных художественных промыслов разных стран.
        Путешествие получилось довольно масштабным, Поленов посетил Вену, Мюнхен, Рим, Венецию, Флоренцию и Неаполь, длительное время жил в Париже и написал там в числе прочего картину «Арест графини д’Этремон» (опять-таки историческое полотно из времен гонений на гугенотов), обеспечившую ему в 1876 году звание академика
        Но вот в 1874 году Поленов попал в Нормандию, и неожиданно для самого себя стал пейзажистом. Нормандию с ее прелестными небольшими городками и деревушками, с пышной зеленью и скромными, но очень симпатичными пейзажами открыл для русского искусства маринист (и морской офицер) Алексей Боголюбов. Это он первым побывал в местечке Вёль-ле-Роз на берегу Ла-Манша, утопающем «в синих ирисах и диких розах», а потом сделал ему рекламу среди студентов Академии. И сейчас, сохранивший свою былую красоту, Вёль стоит на крошечной речушке с тем же названием, где «в туманных зарослях безостановочно крутятся колеса водяных мельниц».
        В глухой уголок французской провинции Поленов прибыл прямиком из Италии по приглашению Ильи Репина, который прочно засел в Вёле и реализовывал свои творческие замыслы и  грантовые средства именно там. А Василию нужно было развеяться и немного прийти в себя от своей любовной трагедии.
        Некоторое время назад в Риме умерла Мария Оболенская, девушка в которую Василий был страстно влюблен. Это была нелепейшая история: девушка заразилась корью от детей Саввы Мамонтова, но уже пошла на поправку, когда ей по непонятным причинам сделали прививку от оспы. Ослабленный организм не справился с двойной нагрузкой, и девушка сгорела за несколько дней (мораль: прививки надо делать вовремя и в здоровом состоянии). На могиле Марии Оболенской в Риме установлен трогательный памятник работы Марка Антокольского, близкого друга Василия Поленова.
        Возможно эта печальная история и послужила тому, что Поленов обратился к пейзажному жанру, или же сама природа Вёля, ее покой, красота и романтизм, который не мог не ощущать истинный художник, стала причиной того, что суховатый исторический живописец внезапно переквалифицировался в лирического пейзажиста.
      Поленов провел в Вёле всего два месяца, но привез оттуда несколько очень приличных пейзажей («Нормандский берег», «Рыбацкая лодка. Этрета. Нормандия»), этюды и одно по-настоящему выдающееся произведение. Это и была картина «В старом парке. Местечко Вёль в Нормандии».
        С основной работой исследователи связывают еще «Старые ворота. Вёль. Этюд» и «Старые ворота. Вёль. Нормандия». Безусловно все три полотна представляют собой проработку одного и того же пейзажного мотива.
        На основной картине мы видим въезд в парк, очевидно, при старинном и почти заброшенном поместье, о чем свидетельствуют высокие каменные столбы с ордерным оформлением, к которым крепятся простые деревянные (так называемые «фермерские») ворота. Рядом с воротами привязаны две оседланные лошади, белоснежная и гнедая. Вероятно, всадники добрались до парка верхом, а дальше пошли пешком на прогулку. Традиционно предполагается, что в парке гуляет влюбленная пара, хотя с тем же успехом это могут быть приятели или родственники (например, брат с сестрой или отец с дочерью). Разная масть лошадей для зрителя непременно обозначает разный пол всадников, хотя это совершенно не обязательно.
         Однако невероятно тихая и лиричная атмосфера картины, действие которой происходит, скорее всего, либо ранним утром, либо незадолго до наступления вечера, о чем свидетельствуют длинные голубые тени и сиреневый туман, в котором тонет тропинка за воротами, предполагает, что это именно свидание влюбленных, а не просто прогулка друзей или родственников.
         Природа на картине кажется застывшей, словно пытающейся подольше сохранить свою красоту в ожидании будущей непогоды. И работа Поленова просто удивительно красива, он использовал богатую и тонкую цветовую гамму, гармонично подобранную и сдержанную. При этом белая и темная лошади по контрасту с окружающими мягкими переливами краски выглядят графичными и оттого инородными, словно показывая, насколько вторжение человека нарушает покой и гармонию совершенного мира природы.
        Поленов использовал очень любопытный композиционный прием изображения с нижней точки обзора, что позволяет зрителю ощутить подлинный эффект присутствия, на мгновение представить, что высокие стройные деревья с ажурными золотистыми кронами смыкаются прямо над его головой.
        Это совершенно невероятное полотно для художника, который прежде писал исключительно довольно мрачные исторические композиции, разумеется, породило множество вопросов о том, что он всем этим хотел сказать и почему вообще с ним произошёл такой невероятный жанровый поворот.
         Не так давно в интернете я читала изложение одной любопытной версии, которая включила в себя трактовку не только основной картины, но и двух этюдов, написанных к ней.
      Суть концепции заключается в том, что это воспоминания Поленова о его несчастной любви и безвременно ушедшей возлюбленной Марии Оболенской. Автор идеи смело выстраивает свою хронологию создания картин. Первым согласно этой версии становится основное полотно, где зритель подразумевает свидание двух счастливых влюбленных. Затем идет этюд, на котором за воротами можно увидеть фигуру девушки, сидящей на небольшом холме. И, наконец, последним ставится еще один этюд, где в конце парковой аллеи виднеется морская  гладь с белым парусом.
         Девушка, держащая платок, в котором автор концепции углядел форму сердца, тоскует о возлюбленном, который, то ли уехал, то ли умер (а белый  камень у ворот имеет форму надгробия, значит, точно умер). Ну а парус во втором этюде обозначает душу покойного, уплывающую в бесконечность (ну или парня, отъезжающего в Америку, чтобы разбогатеть).
         Вот такая печальная лирическая история, достойная пера Тургенева или хотя бы Мопассана.
        На самом деле помимо логики литературного повествования существует еще логика художественной техники. Никто не спорит, что этюды с воротами поместья имеют непосредственное отношения к основной картине. Однако никогда художник не будет сначала писать основное законченное полотно, а потом набрасывать по его мотивам пару этюдов. Этюд всегда предшествует основной картине. Этюд – это художественное произведение вспомогательного характера, выполненное с натуры для тщательного ее изучения. Кто же начинает изучать натуру, уже закончив работу над картиной? Уж конечно, не выпускник Академии художеств, получивший вполне нормальное художественное образование безо всяких оригинальных идей в духе импрессионизма.
        Так что последней в серии, разумеется,  будет стоять работа «В старом парке. Местечко Вёль в Нормандии». Последовательность этюдов я бы определила так: первым идет тот, что с девушкой, вторым – тот, что с парусом. Мне кажется, что на этюде с девушкой еще лето, листва на деревьях еще темно-зеленая, также, как и трава, и скромные полевые цветы еще во всю цветут в затененном парке. Да и стала бы девушка усаживать  ся прямо на землю осенью, когда почва уже начинает ощутимо остывать. А вот на втором этюде деревья уже начинают желтеть, трава жухнет, хотя некоторое количество зелени еще остается. Так что здесь перед нами начало осени. Ну и на основной картине осень уже полностью вошла в свои права, деревья пожелтели, а кое-где уже и листья начали облетать, оставляя голые ветки.

        И, на мой взгляд, такая последовательность картин соответствует вовсе не трагической любовной истории в комиксах, она, скорее, рассказывает, о чувствах и переживаниях самого художника. Девушка на первом этюде – это его напоминание самому себе о несчастной Марии Оболенской (тем более, что поза героини Поленова и поза на могильном памятнике Марии работы Антокольского действительно немного похожи). Первый пейзаж вообще кажется более мрачным из-за темной зелени и каким-то тревожным. Второй пейзаж, с парусом, уже не столь пессимистичен. Художник использует более светлые и радостные тона, в картине много света и воздуха, а парус можно трактовать как то, что Поленов, наконец-то отпустил свою возлюбленную, перевернув эту страницу жизни. И, наконец, финал – основное полотно с лошадьми и подразумевающейся влюбленной парой, которое, возможно, говорит о том, что художник уже готов к новым отношениям (впрочем, женится Поленов только восемь лет спустя на Наталии Якунчиковой, художнице и дочери московского промышленника).
         Но картина «В старом парке. Местечко Вёль в Нормандии» настолько прекрасна и самодостаточна, что глядя на нее, совершенно не хочется думать о том, что хотел сказать художник, а хочется самому войти туда, в тот чудесный осенний парк, хочется, чтобы опавшие листья, еще совсем золотые, ласково шуршали под ногами, чтобы пахло морем и немного дымком от рыбацкого костра, и чтобы рядом с тобой был тот самый всадник, приехавший на второй лошади, блондин с голубыми глазами, шатен с зелеными, ну или как кому нравится…
      P.S. В июле 2015 в городке Вёль-ле-Роз, на побережье Нормандии открылся сквер имени Василия Поленова (Square Vassily Polenov).
Tags: истории, пейзаж, художники
Subscribe

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Морис Кэнтен де да Тур. Портрет Вольтера в возрасте 41 года Один посредственный поэт сочинил оду, которую назвал «К потомству», и прочитал её…

  • ЖЕНЩИНЫ В ИСТОРИИ И ИСКУССТВЕ

    АИССЕ: ИСТОРИЯ ОДНОЙ АДЫГЕЙКИ Адольф Варин. Шарлотта-Элизабет-Аиссе Часть 4. Разумеется, не стоит думать, что в течение целых десяти с лишним…

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Никола Делоне. Прощание. Лист из серии «Памятное свидетельство о житейских и нравственных порядках в конце XVIII века». 1777. По рисунку…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 7 comments