nikonova_alina (nikonova_alina) wrote,
nikonova_alina
nikonova_alina

Categories:

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: СЮЖЕТЫ

ЯН ВАН ЭЙК. ПОРТРЕТ ЧЕТЫ АРНОЛЬФИНИ

Часть 4.

         Эрвин Панофский, один из наиболее авторитетных искусствоведов 20 века, был приверженцем иконологии, то есть особого направления в искусствоведении, занятого глубинным изучением образно-символического содержания произведений изобразительного искусства (иначе говоря, он полагал, что любая деталь картины имеет особый смысл, а сумма этих смыслов дает разгадку всего произведения)
         И в отношении «Портрета четы Арнольфини» идея Эрвина Панофского заключалась в том, что на картине изображена не сцена помолвки, а сцена заключения брака.
         Панофский утверждал, что в 15 веке в Нидерландах для того чтобы заключить вполне законный брак вовсе не нужно было присутствие священника, а также не было необходимости отправляться для этого в церковь. Жениться можно было совершенно в любом месте, и для этого было достаточно произнести клятву супружеской верности в присутствии двух свидетелей (а иногда и без оных). Эти же свидетели были необходимы для заверения брачного контракта. Обычно после такого камерного бракосочетания на следующий день супруги вместе шли в церковь, что являлось доказательством того, что они стали мужем и женой.
        По мнению Панофского весь обряд состоял в том, что жених и невеста произносили слова обета, при этом жених, произнося слова клятвы верности, поднимал вверх руку с кольцом, которое являлось ее залогом. Кульминацией церемонии было соединения рук жениха и невесты. И таким образом, все детали на портрет четы Арнольфини вроде бы доказывают теорию Панофского. А сама картина в таком случае становится чем-то вроде живописного свидетельства о браке.
        Теория Панофского, конечно, очень логично объясняет все детали, укладывая их в единую систему. Но если не обращать внимания на авторитет ученого, очень скоро в ней начинают проявляться и некоторые прорехи. Во-первых, достоверного подтверждения того, что в католических Нидерландах 15 века не нужно было звать священника, чтобы вступить в брак, позднейшие исследователи не обнаружили. Откуда Панофский взял эту информацию, так и не ясно. В Средние века в королевских семьях существовала система «брака по доверенности», когда в случае если жених и/или невеста были слишком юны, их брак заключали представители их семей в отсутствие новобрачных.
        Но у Панофского получился какой-то брак «по договоренности», что-то вроде варианта современного гражданского брака. Кроме того известно (и этому как раз есть документальные подтверждения), что при бургундском дворе, с которым был тесно связан Ян ванЭйк, была распространена традиция произносить клятвенные обеты по любым поводам, а не только при заключении брака. К тому же на пальцах и Джованни Арнольфини, и его жены кольца уже есть, то есть на момент написания картины они уже определенно женаты.
        Вполне логично предположить, что Джованни Арнольфини просто поднял руку, чтобы поприветствовать своих знакомых (возможно, самого Яна ван Эйка и его супругу Маргариту), отражения которых видны в зеркале. Или же он в присутствии свидетелей поклялся перед супругой, что больше не будет ей изменять или что подарит ей новое колье к рождению их первенца.
         Лично я придерживаюсь мнения, что супруги Арнольфини, изображённые на картине, уже давно и прочно женаты. Комната, в которой они находятся, явно обжита семейной парой, в ней есть следы бытовой небрежности, вроде сброшенной в разных углах уличной обуви, смятой подушки или оставленных у окна апельсинов (кстати, исследователи предполагают, что это не привычные нам сладкие апельсины, которые в то время в Европе были практически неизвестны, а горькие плоды померанцевого дерева).
         И весьма вероятно, что художник изначально не ставил перед собой никаких сверхзадач, а всего лишь изобразил знакомую супружескую пару в привычной для нее домашней обстановке.
          Скорее всего, картина была действительно написана для Джованни ди Николао Арнольфини, и глубинный смысл, который все-таки вложил в нее художник,  заключался в воплощении идеи семьи как «малой церкви», чему способствовала и общая сосредоточенная серьезность жестов и поз персонажей. Хрупкость фигур мужчины и женщины, спрятанных под тяжёлыми объёмными одеждами как бы подчёркивают «предельную одухотворённость» героев, преобладающую над «телесным началом».

Продолжение следует…
Tags: анализ, истории, картины
Subscribe

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Никола Делоне. Прощание. Лист из серии «Памятное свидетельство о житейских и нравственных порядках в конце XVIII века». 1777. По рисунку…

  • ЖЕНЩИНЫ В ИСТОРИИ И ИСКУССТВЕ

    АИССЕ: ИСТОРИЯ ОДНОЙ АДЫГЕЙКИ Аиссе Часть 3. Современники всегда отмечали, что граф де Ферриоль был весьма своеобразной личностью, человеком,…

  • ИСТОРИЧЕСКИЕ АНЕКДОТЫ О ВЕЛИКИХ

    Антуан Ватто. Урок любви. 1716-17 Однажды французского писателя и моралиста Жана де Лабрюйера спросили, чем женщины отличаются от мужчин. -…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments