nikonova_alina (nikonova_alina) wrote,
nikonova_alina
nikonova_alina

Categories:

ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ: СЮЖЕТЫ

АНТУАН ЖАН ГРО. БОНАПАРТ, ПОСЕЩАЮЩИЙ БОЛЬНЫХ ЧУМОЙ В ЯФФЕ. 1804
         Наполеон Бонапарт как никто понимал ценность пропаганды для победы в войне. Поэтому не удивительно, что его окружали целые толпы хроникеров, фиксировавших каждый его шаг, в числе которых были и художники. Кстати, для живописцев эта приближенность к императору впоследствии, при смене режимов, зачастую оказывалась большой проблемой. Но пока правил Наполеон, их карьеры шли в гору. Впрочем, истинный талант по достоинству оценивался при любом режиме.
       Одним из самых верных наполеоновских художников был Антуан Жан Гро, сближению которого с императором поспособствовало его близкое знакомство с Жозефиной Богарне. Позднее Гро даже был назначен ответственным за реквизицию произведений искусств и стал официальным художником режима.
         Гро ужасно хотелось отправиться вместе с армией Наполеона в Египетский поход в 1798 году, но по какой-то причине его не взяли. И когда он начал писать картину, посвященную самому драматическому эпизоду кампании, ему пришлось использовать документы, заметки и зарисовки, которые методично составлял барон Доминик Виван-Денон, египтолог, а позднее основатель и первый директор Лувра.
         Египетский поход Наполеона плавно перешел в экспансию на Ближний восток, которую обычно называют Сирийской кампанией, где император также собирался утвердить свое влияние, захватив в том числе и несколько ключевых портов. Одним из них была древняя Яффа, которая в настоящее время является частью Тель-Авива. В 1799 году Наполеон в результате шестидневной осады выбил из города защищавшие его турецкие войска. Но победа оказалась Пирровой, поскольку в городе свирепствовала чума, и значительная часть наполеоновских солдат и офицеров стала жертвой тотальной эпидемии. С конца 19 века Османская империя была одним из основных источников чумы, откуда зараза периодически распространялась и в Европу, и в Россию.
         Французы в общем-то сами были виноваты в том, что заразились. Не надо было так активно грабить город, в котором бушевала локальная вспышка болезни. Вероятно, эпидемия, накрывшая армию Наполеона, и стала одной из основных причин последующий неудач императора: безуспешного похода на Акру и бессмысленной осады города, которую пришлось в конце концов снять и отступить назад в Акру. А там местный лазарет был уже битком забит умирающими жертвами чумы.
        Изобразить эпизод, связанный с посещением Наполеоном лазарета, Гро вдохновила история о том, как император перед отъездом из Яффы лично зашел в чумное отделение госпиталя, чтобы успокоить армию, поддержать и утешить страдающих солдат. Согласно легенде, он даже прикоснулся к одному из больных со словами: «Смотри, ничего страшного», а выйдя из отделения сказал тем, кто посчитал его поступок опрометчивым: «Это был мой долг. Я – главнокомандующий».
         Итак, композиция картины четко разделена на две части, передний план занимает действие, происходящее внутри помещения лазарета, а задний план, на котором видны укрепленные холмы города с развевающимся на них французским триколором, отделен колоннадой. Сквозь арку в затененное помещение проникает неяркий свет, который выделяет яркие мундиры императора и его свиты, тем самым становясь символом надежды на выздоровление, которую приносит страждущим император, в какой-том мере уподобляемы в данном случае Спасителю.
Внутреннего дворик открыт, очертания дворца выделяются на фоне светлого облачного неба, где еще заметны клубы дыма от пожаров. Художник акцентирует внимание на двух деталях: минарет мечети указывает на некую духовную силу и подъем, а флаг Франции свидетельствует о героизме и силе французской армии. Каждый человек сам по себе слаб, но в составе армии он становится победителем.
       Сила экспрессии картины основана на двойном контрасте, усиливающем противоречия и придающем жесту Бонапарта еще большее значение. Первый контраст касается архитектуры и костюмов персонажей. Величию колоннад и витражных окон противопоставлена голая земля, покрытая убогими подстилками и соломой, где беспорядочно лежат умирающие. Почти обнаженные тела больных резко и прямолинейно контрастируют с блестящей формой высших офицеров и роскошными восточными одеяниями. Люди, подкошенные чумой, изображены с каким-то болезненным реализмом. А положение тела умирающего, стоящего на коленях справа, язвы которого лечит сирийский врач, подобно традиционному положению тела Христа в сценах Снятия с креста и Оплакивания.
         Второй контраст заключается в использовании художником световых эффектов. Передний план с больными художник затеняет, выделяя центральную группу военных. Тень находится там, где поселилась смерть.  Полуобнаженный персонаж, находящийся в самом центре переднего плана, похоже уже мертв. Человек слева все еще находит силы, чтобы приподняться и посмотреть лихорадочным взглядом на Бонапарта. В группе у правого края холста спящий или умерший персонаж покоится на руках своего товарища, почти ангельски прекрасного, который все еще одетого в свою форму.
         Один из самых любопытных героев картины – человек, сидящий лицом к зрителю, опирающийся на стиснутые кулаки, который, кажется, медитирует, не проявляя никакого интереса к тому, что происходит вокруг. За его спиной больные с умоляюще протянутыми руками просят хлеба.
Гро особо выделяет освещением три группы персонажей, как бы обозначая три уровня борьбы с эпидемией. Прежде всего, это расположенный слева богато одетый сириец, раздающий хлеб из корзины, которую держит его слуга. Справа это сирийский врач, который обрабатывает язвы умирающего больного, поддерживаемого помощником. Художник сочетает отточенность жестов с сосредоточенным выражением лица врача, подчеркивая таким образом его профессионализм.
         И, наконец, в центре, размещена группа, окружающая Бонапарта. Художнику удалось выделить императора из числа прочих персонажей. Именно к нему обращаются взгляды пациентов лазарета, тех, кто еще в состоянии передвигаться и реагировать на происходящее. Наполеон здесь фактически представлен как спаситель. Жест его руки, касающейся больного солдата, одновременно служит фактором божественного исцеления и благодарности за героическую жертву во имя Империи. Но этот жест и сам по себе героичен. Гро акцентирует внимание на то, что врач, который касается больного, сознавая опасность, оборачивает руку платком, а император протягивает к заражённому открытую руку без как-либо защиты. Причем он делает это совершенно сознательно, на что указывает перчатка, зажатая в его правой руке.
         Эта беспрецедентная храбрость и пренебрежение болезнью предполагает почти божественное происхождение Наполеона, который в отличие от всех прочих смертных не может быть заражен инфекцией, должна была дать солдатам надежду на скорое исцеление. У правого края холста за колонной находится самый загадочный персонаж картины – слепой с повязкой на лице, одетый в черное, который ощупью движется к Наполеону. У зрителя может сложиться ощущение, что он тоже хочет испытать на себе божественную силу императора и исцелиться уже от другой болезни – от своей слепоты.
         Гро подчеркивает контраст между Наполеоном и его спутниками. Слева и чуть позади императора, находится маршал Бессьер (которого художник недолюбливал) он брезгливо прикрывает свой нос, что создает почти комическое противопоставлении образу Бонапарта. За ним - доктор Деженетт пытается удержать Императора от контакта с заразным больным, что усиливает драматизм сцены.
Жест Бессьера, рука в перчатке Бонапарта, поднятая рука больного формируют первый треугольник, а еще три руки - Деженетта, защищающего Наполеона, самого Наполеона, который исцеляет, и больного – второй, подобный первому, создавая определенный ритм и фиксируя внимание зрителя.
         «Эта картина - истинный шедевр», - воскликнул Виван-Денон, впервые увидевший законченную работу. «Чумной барак в Яффе», как иногда называли картину, пользовался потрясающим успехом на парижском Салоне 1804 года. В честь Гро был организован грандиозный банкет с участием всех ведущих художников Франции того времени. В числе прочих там присутствовали Давид, Виван-Денон, Вьен, а также Жироде, который продекламировал восторженные строки в честь виновника торжества:
         "О Гро, где ты нашел столь яркий оттенок,
          который предлагает твоя пламенная палитра
          нашим околдованным взорам?"
         Именно «резкость и контрастность цвета делают картину столь выразительной и являются истинной ее сущностью», как позднее заявляли Делакруа и Жерико, большие поклонники таланта художника.
         Но я бы подчеркнула не художественную, а содержательную сторону полотна. Ведь Гро просто оставил нам инструкцию по локализации любой эпидемии. Он точно знал, что для этого нужен жесткий карантин (чумной лазарет, окруженный крепостными стенами), полноценное питание (сириец, раздающий хлеб), квалифицированная и своевременная медицинская помощь (врач-сириец с помощником) и, самое главное, позитивный настрой и надежда, которую для своих солдат олицетворяет бесстрашный Наполеон Бонапарт.
        P.S. При отступлении французских войск из Яффы больных чумой нельзя было эвакуировать, и потому в качестве «лекарства» им был дан яд. Причем, это сделали не сирийские и не французские врачи, которые наотрез отказались от подобного  coup de grâce (удара милосердия)...
Tags: анализ, истории, картины
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments