nikonova_alina (nikonova_alina) wrote,
nikonova_alina
nikonova_alina

Category:

ЖЕНЩИНЫ В ИСТОРИИ И ИСКУССТВЕ

БЛИСТАТЕЛЬНАЯ ИДА РУБИНШТЕЙН
Часть 2.


Вероятно, для Валентина Серова, увлеченного своей моделью и новыми художественными возможностями, которые она ему предоставила, оказалась крайне неожиданным и неприятным сюрпризом резко негативная оценка портрета Иды Рубинштейн, которую дали этой работе его коллеги по цеху и художественные критики.
Репин, учитель Серова, сначала окрестил Иду «гальванизированным трупом», а потом, немного мягче добавил, что «в цикле его <Серова> работ это вещь неудачная, но как она выделялась, когда судьба забросила его на базар декаденщины». Суриков просто обозвал портрет «безобразием».
Были распространены отзывы вроде: «Тело стальное и худощавое, напоминает кузнечика. Обаяние девушки, изображенной на полотне, очень странное, красота граничит с уродством, а очарование является ядовитым». Многие, упражняясь в остроумии, именовали портрет «зеленой лягушкой» или «грязным скелетом».
Итак, на портрете мы видим героиню, которая сидит на некоем абстрактном ложе в странной, но при этом гармоничной позе с неестественно выпрямленными руками, ногами и спиной, прямые линии портрета подчеркивают тонкость и изящество модели. Перспектива в картине сломана, поэтому фигура кажется слившейся со стеной. Серов специально усиливает это впечатление, выбрав одинаковый цвет для тела и фона.

Валентин Серов. Портрет Зинаиды Юсуповой. 1902

Картина действительно радикально отличается от всех остальных работ Серова, а особенно от его типичных светских портретов, эффектных, стильных, но подчас перегруженных деталями. В данном случае Серов использовал исключительно лаконичные изобразительные средства, что приблизило портрет к символизму. Он пишет модель в одной плоскости с фоном, создавая образ, действительно напоминающий египетские фрески (хотя некоторые специалисты видят в портрет отсылки к эстетике раннего Возрождения). Сам художник говорил о портрете, что его модель «смотрит в Египет». И при этом сознательно, или неосознанно, он создает образ женщины-бунтарки, которой глубоко безразличны общественные предрассудки и мнение толпы. В то же время, ему удается раскрыть и образ самой Иды Рубинштейн, ее артистическую природу, наигранную печаль и лёгкую, чуть заметную иронию во взгляде.

Валентин Серов. Набросок к портрету Иды Рубинштейн. 1910

При этом Серов в принципе все же не стремился создать портрет конкретной танцовщицы Иды Рубинштейн, он хотел составить более абстрактный образ из того богатого материала, который предоставила ему его модель. Художник использовал всего три цвета: синий, зеленый, светло-коричневый; при этом каждый цвет изолирован, а контуры фигуры дополнительно подчеркнуты четкой графической линией. Любопытно, что Серов пишет портрет темперой на холсте, а контуры и отдельные элементы изображения, на которые он делает акцент, прорисовывает углем. Ида Рубинштейн кажется не сидящей, а как бы растянутой на ее абстрактном ложе, затянутом синим покрывалом, «что придает ей, несмотря на… всю ее изысканность, оттенок слабости и уязвимости».
Это же ощущение придает портрету и неестественная постановка головы, чуть запрокинутой и вывернутой на зрителя, с падающей на шею копной темных волос, как бы естественным образом сложенных в эффектную прическу, похожую на нимб, и ее алые губы, самая яркая деталь картины («Рот как у раненой львицы», - говорил сам художник).
Серов откровенно стилизует тело танцовщицы, деформирует его, удлиняет ноги и руки, показывает его плоским и бесплотным. Откровенным вызовом общественному мнению посчитали и перстни с огромными камнями, украсившие пальцы танцовщицы не только на руках, но и на ногах. Даже тонкий газовый шарф бледно-зеленого цвета был воспринят как намек на запрещенную петербургской цензурой постановку «Саломеи» с его провокационным «Танцем семи покрывал».
Общее впечатление от портрета складывается постепенно, после изучения деталей и аксессуаров. Утонченное воплощение изысканной красоты, возлежащее на фиолетово-голубом ложе. Шарф, обвивающий кокетливую ножку, образует на ложе некое обрамление, оправу модели.
Серов был, скорее удивлен, чем раздосадован жесткой критикой современников. Сам он был очень доволен этой работой, и внутренне чутье его в очередной раз не подвело: «Портрет Иды Рубинштейн» стал переломным моментом в истории русского изобразительного искусства.

P.S. Между прочим, Ольга Серова, дочь художника, писала в своих воспоминаниях:
«Ида Рубинштейн была совсем не так худа, как её изобразил папа, по-видимому, он сознательно её стилизовал».
P.P.S. Нашла более точную информацию о том, что Серов действительно писал Иду в домашней церкви Ля Шапель, там же, где расписывал занавес для дягилевского балета «Шахерезада» на музыку Римского-Корсакова.

Валентин Серов. Занавес для балета "Шахерезада". 1910
Tags: анализ, женщины, портрет
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments